try another color:
try another fontsize: 60% 70% 80% 90%
Творчество людей на Folomade
творите и создавайте!

"Высокая" вышивка Франсуа Лесажа

Франсуа Лесаж, владелец и бессменный руководитель знаменитого парижского Дома вышивки, кавалер ордена Почетного легиона и человек, самый известный в кругу парижской haute couture, так удивился, что даже забыл о трубке.

1204651_lesage1a (350x598, 99Kb) Попасть в кабинет к Лесажу просто так никогда не удавалось никому и ни под каким предлогом. А тем болee пробраться в его мастерские, где заказы самых именитых кутюрье выполняются в строжайшей тайне. «Мода, - разводит руками месье Лесаж. - Никто ничего не должен знать до следующего показа. Только я и мои мастерицы». Вот и сейчас он собственноручно заканчивает невероятной красоты вышивку ля... впрочем, это даже неважно, поэтому что адрес: 13, ruе de la Grange Bateliere, где с 1931 года располагается его ателье, знают наизусть во всех парижских Домах мод. Vionnet, Chanel, Schiaparelli, Balenciaga, Balmain, Dior, Givenchy, Y.S.L., Lacroix, Hanae Mori, Scherrer... Дом Lesage связан с ними километрами шелковых нитей и тоннами пайеток, жемчужин и стразов.

1204651_lesage2a (350x451, 122Kb)  

Дом Lesage ведет родословную с 1858 года: тогда он назывался Maison Michonet и владел им славный вышивальщик Мишоне, который делал вышивки исключительно для аристократических особ. Самыми верными его почитательницами были императрица Евгения и графиня де Греф-фюль. С 1880 года Мишоне становится невероятно популярен - считается, что именно тогда высокая мода окончательно закрепила свои позиции. Во всяком случае в Дом Мишоне зачастили Ворт, Пакэн, Редферн, а его клиентками стали самые изысканные парижские модницы, самой требовательной из которых оказалась Сара Бернар. После Первой мировой войны Мишоне, порядком уставший от нитки с иголкой, объединился с отцом нынешнего месье Лесажа, Альбертом Лесажем, а еще с Мари-Луиз Фаво, манекенщицей от Мадлен Вионне, - ее знал весь Париж! Она привела компаньонам многочисленную клиентуру, и дела пошли отлично. С 1924 года в мастерскую один за другим начинают поступать заказы на отделку платьев, белья, перчаток, шляпок, сумочек для всего светского Парижа - вышивка была тогда в большой чести. «Не то, что теперь, - вздыхает месье Лесаж. - Вы не поверите: еще совсем недавно, во времена нефтяного бума, число моих постоянных клиенток переваливало за четыре тысячи. Сегодня их всего лишь пятьдесят. Это жены нефтяных магнатов, шахини, кое-кто из звезд, но...

1204651_lesage3a (561x350, 182Kb)

Для каждой коллекции, выходящей из Дома Lesage дважды в год, он сам выполняет 100-120 вышивок. В каждой может быть до 50 000 стежков - это 20-30 часов работы. В год на эти маленькие произведения искусства уходит 300 килограммов жемчужин и 100 миллионов пайеток. Так создается блеск коллекции haute couture и pret-a-porter de luxe от известных на весь мир парижских Домов мод. Знаменитые аксессуары марки Lesage - сумочки, пояса, шарфы, бальные туфельки - можно обнаружить только в самых шикарных магазинах Парижа, Лондона, Нью-Йорка, Токио, Гонконга. Эти вещицы ручной работы дороги, уникальны и бесконечно элегантны.

Коллекция, начатая 120 лет назад, насчитывает 60 000 образцов. Каждый четвертый, то есть всего 15 000 штук, создан лично Фран-суа Лесажем. «Каждые полгода мы обновляем коллекцию Дома, и копии поступают сюда. У нас есть образцы, сделанные как для Домов,которых уже не существует, например, для Теда Лапидуса, так для совсем молодых, - поясняет Натали. - Сюда регулярно наведываются кутюрье в поисках сюжетов для новых коллекций. Они обожают копаться в старье. Например, тридцатилетней давности сюжет «Мадемуазель», выполненный когда-то для Кристиана Диора, вдохновил Гальяно - он заходил прямо перед вами и выбирал кое-что для представления его новой коллекции в стиле Wonder women. А вот Ив Сен-Лоран всегда приходит со своими собственными идеями: эти ананасы и цветки: пусть тоже из старых образцов, мы значительно обновили и сделали поинтереснее. Они почти готовы. Между прочим, на них ушло 700 часов работы!»

1204651_lesage_a (600x600, 380Kb)

      

       "Первыми моими клиентами стали великие стилисты студий MGM и Columbia Адриан и Эдис Хэд. Они умели подчеркнуть достоинства модели там, где другие просто проходили мимо. Но тут умер отец, и мне пришлось вернуться. В Париже меня ждал мой Дом - мое наследство, мое ремесло и моя жизнь".

       "В сороковые скромник Диор вернул нам эпоху элегантности: демонстрируя его коллекции, манекенщицы, внешне очень привлекательные, но абсолютно недоступные, выходили на подиум аккуратно причесанными, с тщательным макияжем, и мужчины, глядя на них из зала, понимали: чтобы раздеть эту красотку, придется основательно потрудиться".

       "Тогда на женщинах были и комбинации, и бюстгальтеры, и пояса, и чулки. Тут требовались фантазия и ум.. А что сегодня? Сдерни с нее майку и джинсы - и все, никакого интеллекта не требуется.. А сами модели? Измазанные гудроном, разве они могут возбудить мужчину? Шарм, шик, элегантность - дух прежних великих марок ушел безвозвратно".

       "Для меня самая элегантная вышивка та, что не бросается в глаза. В театре все наоборот: надо, чтобы костюм был броским, ярким, даже шокирующим. Это возвратило меня в послевоенный Голливуд, где женщины любили показывать себя, и напомнило, насколько все относительно".

       "Меня же во всей этой истории больше всего занимают детали, которые могут дать свежий образ. Я никогда не забываю, что я всего лишь вышивальщик, ремесленник, и мои фантазии должны облекаться в простые по сути материалы - шелк, пайетки, камешки. Но именно они рождают мечту, которую так и хочется ухватить за хвост. Но мечту поймать нельзя - она всегда впереди, и это делает нашу жизнь еще прекраснее".

    В апартаментах элегантных дам было колоссальное количество вышитых предметов, от ночной рубашки до мебели. Дамы тогда переодевались едва ли не каждый час, хотя сегодня нам это смешно: платье утреннее, платье для похода по магазинами, для коктейля, для обеда, для вечера, оперы, ресторана или дансинга после - все они предполагали смену перчаток, туфелек и шляпок, и все это было вышито! Тогда в Париже на эту армию модниц трудилась еще более многочисленная армия вышивальщиц - 50 000 мастериц! А сегодня у меня их всего 30, и они справляются с работой.
    Мода на «женщину-подростка» в двадцатые подорвала наши позиции: дамы оделись в костюмчики, которые сегодня мы бы назвали unisex, и оставили нам, вышивальщикам, только вечерние туалеты. Но злодейке-моде, понукаемой экономикой, и этого показалось мало: в 1929-м Великая депрессия вообще вычеркнула слово luxe из модного лексикона. Закрылись шикарные Дома мод, кончились праздники и фейерверки. Женщина, одеваясь утром, больше не переодевалась до вечера - это был крах!

В начале тридцатых дело несколько поправилось: прямые платья новой волны от Шанель, Вионне и Скьяпарелли облагораживаются вышивкой, подсказанной мотивами барокко, - такая вышивка пришла из итальянских монастырей. Но это длилось недолго, и вскоре заказы прекратились полностью. Мой отец, к примеру, чуть было не закрыл Дом. Его просто выгнали из здания, потому что мы не могли заплатить ни франка за аренду. К счастью, мы были люди известные в своем районе, да и во всем Париже, и судья сжалился. Так мы выжили и сохранили штат мастериц, кажется, их было трое. С тех пор я взял за правило сохранять весь доход в не прикосновенности. И это мне очень помогло в 1990-1991 годах, когда кризис опять взял меня за горло. Я регулярно выплачивал зарплату моим лучшим вышивальщицам, хотя это было нелегко. Высокая мода, как шагреневая кожа, сжалась, а ее место захватывает прет-а-порте, что мы и наблюдаем в наши дни. Сегодня 40-60 тысяч франков - средняя цена на ансамбль в этом разряде. А ведь совсем недавно эту цену дамы платили за haute couture». - «Вы говорите, что экономика сильнее моды?» - «А вы что, не согласны?» - месье Лесаж снисходительно усмехается и предлагает вернуться к истории.
    В середине тридцатых, по его словам, дела опять пошли в гору. «Наши старые друзья - Скьяпарелли, Вионне, Баленсиага - заказали нам почти сотню вышитых моделей. В сороковые Дом Вионне закрылся, а Скьяпарелли уехала в Испанию, но мы с отцом и тремя вышивальщицами все же делали платья для коктейлей. Мы также сами убирали дом, стирали, готовили, рисовали, а ночами трудились над заказами. От этого кошмара в двадцать лет я сбежал в Голливуд, и мне удалось открыть собственное ателье вышивки.

1204651_Lesage7a_1_ (507x350, 219Kb)

Чтобы сохранить уникальную технику Франсуа Лесаж решил создать Школу вышивки. Сюда может прийти каждый, заплатив за начальный курс 7 000 франков (около тысячи долларов). Обучение, конечно, дороговато (восхождение на каждую новую из шести ступеней стоит от 8 000 франков и выше), но захватывает неудержимо. Чтобы стать приличным вышивальщиком (а мужчин здесь едва ли не больше, чем женщин), требуется пройти шесть уровней плюс три уровня специализации вышивания по мебели - и вы можете смело рассылать резюме в Дома высокой моды. Обучение у Лесажа гарантирует высокооплачиваемую работу. «К нам приезжают отовсюду: из Америки, Азии, были ученики даже из России. Никакого отбора нет - было бы желание. Месье Лесаж шутит, что через тридцать часов начального курса он и слона научит вышивать». Фирменная техника Lesage - вышивка не иголкой, а крючком. Школа - не только любовь и гордость Франсуа Лесажа. Это еще и одна из главных статей его дохода.

1204651_lesage6a (315x350, 56Kb)

 

Источник материала ...

 

 




Пожалуйста, поставьте ссылку на этот материал.